Главная/Библиотека/Московские Епархиальные Ведомости/№5-6 за 2008 год/

Отвечаем на письма читателей

У человека уже есть совесть и разум. А для чего тогда все эти десять заповедей, которые Церковь провозглашает от имени Бога?

Андрей

Отвечает благочинный Клинского церковного округа протоиерей Борис Балашов: Мы живем на земле. Нам постоянно приходится передвигаться. Мы ходим на работу или в учебное заведение, заходим в магазины, возвращаемся домой. При этом пользуемся транспортом, переходим дороги, по которым движется множество автомобилей. В этих условиях, если мы хотим быть живыми и здоровыми, необходимо соблюдать правила дорожного движения. В противном случае человек может остаться без рук, без ног, а то и без головы. Но ведь мы совершаем движение не только по земным дорогам, но и по дорогам жизни. Чтобы на жизненном пути не потеряться, не попасть в катастрофу и не погибнуть, надо тоже соблюдать определенные правила, цель которых — спасти нас от смерти на земле и вечной погибели. Это — те заповеди, которые Бог дал людям более трех тысяч лет назад.

Если людям необходимо перейти через топкое болото, в котором легко утонуть, нужно внимательно смотреть на тот безопасный путь, который отмечен вешками. Свернуть с этого пути направо или налево — значит погибнуть. Пройти опасной дорогой, тщательно обращая внимание на вешки, — значит остаться живым и достигнуть цели своего пути. Именно такую задачу в духовно-нравственной жизни человека и играют десять заповедей Божиего Закона.

У людей есть разум и совесть. Хотя совесть и является неким голосом любви Божией в нашем сердце, она, к сожалению, не является абсолютно чистой. Люди, живущие на земле, повреждены или, иначе сказать, больны грехом. Эта поврежденность коснулась и разума, и человеческой совести. Поэтому нам и нужны твердые жизненные критерии, которые даны в десяти заповедях. Хотя сами заповеди не ведут к христианскому совершенству и святости, они указывают ту линию, ниже которой христианства нет.

Приходится много слышать и читать о террористических актах, совершаемых мусульманами. Постоянно приходится видеть их рядом, особенно на рынках, не пора ли дать им отпор?

Сергей

Отвечает благочинный Красногорского церковного округа протоиерей Константин Островский: Бог дал нам заповедь о любви к ближнему, поэтому ко всем людям, в том числе к мусульманам, к людям любой веры и национальности, мы должны относиться с любовью. Это, кстати, нисколько не противоречит гражданскому долгу мужественно и, если нужно, с оружием в руках противостоять внешним и внутренним врагам Отечества. Среди этих врагов, надо сказать, могут оказаться не только люди, называющие себя мусульманами, и не только атеисты и язычники, но и те, кто носят крестик на груди, — Бог им судья.

Но ведь вопрос задан не об афганских талибах и не о чеченских боевиках, а о тех татарах, азербайджанцах, таджиках — вообще о представителях народов, которые традиционно исповедуют ислам, живущих в России, в Москве, в Подмосковье. К ним, нашим соседям, нужно относиться с искренней доброжелательностью. И этому нас должна учить не только заповедь Божия, но и простое благоразумие.

Ведь одной из главных целей терактов как раз и является то, чтобы русские озлобились и восстали против российских мусульман и против людей с восточной внешностью (среди людей «с восточной внешностью», между прочим, множество православных, например, грузины и осетины — традиционно православные народы). И тогда мы будем иметь у себя в России миллионы врагов России, а нам нужны миллионы не врагов, а друзей.

Нужно бороться с террористами, а не с мирными людьми иной веры или иной национальности, живущими среди нас, а самим нужно укрепляться в вере и доброй христианской нравственности. Тогда мы не будем бояться никаких врагов.

Я был не очень хорошим, я убивал, и убивал очень много, так меня учили, так я отдал свой долг своей Родине. Сейчас я приношу пользу своей стране по-другому, но мои воспоминания и мои сны не отпускают меня, что мне делать?

Владимир

Отвечает клирик Покровского храма поселка Черкизово Пушкинского района протоиерей Вячеслав Резников: Поскольку мир поражен грехом, профессия воина и была, и есть, и будет, пока существует этот мир. Воин всегда пользовался особым уважением у своего народа. Ведь он всегда готов положить душу за други своя (Ин. 15:13). Когда воины пришли к Иоанну Крестителю и спросили, что им делать, — Иоанн не сказал, мол, бросай оружие и только тогда спасешься. Он сказал: никого не обижайте, не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованьем (Лк. 3:14). То есть не мародерствуй, и не употребляй оружие, данное тебе для защиты слабых, — против самих же слабых. На войне человек — на грани жизни и смерти, здесь все, как говорится, «взаправду», и на войне человек, может быть, как нигде, чувствует Бога. Не случайно в Новом Завете два удивительных примера веры в Бога явили именно сотники, иначе говоря, ротные командиры римской армии (Мф. 8:5—13; Деян.10). Жизнь христианского подвижника часто сравнивается именно с жизнью воина. Но и убивать воин должен уметь лучше, чем его противник. А ведь убивать, это — противоестественно, это всегда — грех, более или менее тяжкий. Убить даже последнего негодяя, даже защищая свою жизнь или жизнь своих близких, — всегда очень тяжело. А на войне приходится убивать даже не негодяев, а таких же служивых людей, как ты сам. И у нормального человека даже после великих воинских подвигов «чувство законной гордости» неизбежно омрачается более или менее сильным беспокойством совести. Христианская Церковь всегда проявляла особую заботу о воинах. Существует «чин благословения воинских оружий», где священник, вспоминая, как Господь Бог укрепил оружие отрока Давида на великана Голиафа, просит Бога, чтобы и оружие, носимое данным воином, было к заступлению Церкви, сирых, вдовиц, и самого Отечества, как Божьего достояния. Ну а больная совесть врачуется только искренним покаянием в своих грехах, вольных или невольных, в ведении или в неведении содеянных, покаянием перед Крестом и Евангелием, и перед невидимо стоящим Господом Иисусом Христом. Подойдите в храме к священнику, расскажите ему о своей проблеме, и спросите, как Вам конкретно поступить. Придите — и рассудим, говорит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, — как снег убелю; если будут красны, как пурпур, — как волну убелю (Ис. 1:18).

Мне 31 год, последнее время мне невыносимо одиноко. Я не могу избавиться от тягостного чувства одиночества. Так сложилось, что семьи у меня нет, друзей, непонятно почему, тоже. Где взять силы, чтобы жить дальше… и как?

Марина

Отвечает протоиерей Вячеслав Резников: Испытывать чувство одиночества в этом мире свойственно духовно живым людям. Мы испытываем страдание от чего-либо именно потому, что это «что-то» противоречит замыслу Творца о человеке. Человек страдает от одиночества именно потому, что он был сотворен, чтобы общаться с Самим Творцом, источником всякого блаженства. И поэтому, конечно, ничто в мире не может по-настоящему насытить живого человека. И даже если вокруг него и семья, и множество друзей — он все равно где-то в глубине души не будет чувствовать полной радости и утешения. Хорошо, если человек не старается заглушить это чувство разными суррогатами, не обращается к людям, утешающим себя этими суррогатами. Хорошо, если он обращается к Церкви. И хотя наша церковная среда очень далека от совершенства, и в попытке войти в церковную жизнь можно «нарваться» на всякое, но тем не менее только в церковной среде можно встретить людей, которые среди великого испытания скорбями преизобилуют радостью; и глубокая нищета которых преизбыточествует в богатстве их радушия (1 Кор. 8:2). Только здесь можно узнать о людях, которые чувствовали себя одинокими среди множества людей, и… шли в добровольное одиночество в леса, в пустыни, и там находили истинную радость, и вообще забывали, что на свете может быть одиночество. Ну что же для начала посоветовать? Почитать обо всех этих людях, узнать об их жизни. И, конечно же, в первую очередь почитать о нашем Спасителе, Господе Иисусе Христе. Он тоже был всеми предан, всеми оставлен, от всех мучим и распят, но не отвернулся от всех, и с Креста молился: Отче! Прости им, ибо не знают, что делают (Лк. 23:34). Попробуйте и Вы пробить образовавшуюся вокруг стену при помощи, в первую очередь, молитвы. Закричите из глубины сердца: Господи, если Ты есть, помоги мне увидеть в Тебе моего Отца, и почувствовать себя Твоей любимой дочерью! И помоги мне увидеть вокруг себя Твоих истинных детей, и тем самым обрести истинных братьев и сестер! И придите в храм. Для начала просто для того, чтобы постоять бок о бок вместе с теми, кто тоже здесь стоит, кого Вы, быть может, еще не знаете, но кто пришел сюда тоже не для того, чтобы вместе что-то сделать, вместе «убить» время, «пообщаться», поболтать, но пришел, чтобы тоже просто постоять перед нашим Творцом. И этот приход не будет незамечен на небесах. Запаситесь терпением. Не спешите сами завязывать с кем-то здесь общение. Господь Сам позаботится, чтобы направить кого-то — Ангела ли, человека ли, чтобы он помог сделать следующий шаг.

Мы живем с моим любимым человеком в гражданском браке. Моя мама говорит, что это грех. А что плохого в том, что мы любим друг друга?

Елена

Отвечает протоиерей Борис Балашов: Если земная любовь чистая и настоящая, то это прекрасно. Просто есть в жизни такие вещи, в которые нельзя играть. Например, нельзя играть с боевыми гранатами и заряженными автоматами. Так же нельзя играть с любовью, иначе не миновать жизненной катастрофы. Именно об этом и говорит седьмая заповедь Божиего Закона: «Не прелюбодействуй» (Исх. 20:14). Человек сотворен Богом как существо соборное: И сотворил Бог человека по образу Своему… мужчину и женщину сотворил их (Быт. 1:27). Именно самоотверженная любовь соединяет двух людей в один духовно-телесный организм. Господь повелел: оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут [два] одна плоть (Быт. 2:24).

Брак — соединение мужчины и женщины в одну жизнь, в «одну плоть» — есть дело доброе, святое и является Божиим установлением. В браке люди не только навсегда соединяют свои судьбы, но и берут друг друга на полную ответственность. То есть они должны не только отвечать друг за друга, но и помогать друг другу до конца жизненного пути, чего бы это ни стоило. Как больных с корабля не выбрасывают за борт, так и не отказываются от своих близких, если случится беда или тяжкая болезнь.

То, что в настоящее время понимается под «гражданским браком», то есть совместным проживанием мужчины и женщины без каких-либо обязательств с обеих сторон, полноценным браком назвать нельзя даже с атеистической позиции. А по-христиански он браком еще не является, или является браком тяжело больным.

Из этого не вытекает, что такие «муж и жена» должны разбежаться. Покривившийся дом совсем не обязательно ломать. Но в таком случае под дом подводится либо кирпичный фундамент, либо бетонная лента. Так и под «гражданский брак» подводится фундамент взаимной ответственности в виде регистрации законного гражданского брака. А если супруги верующие, то брак освящается Церковью.

Говоря об освящении брака, мы имеем в виду не только венчание. Христианский брак — брак, в котором живет и присутствует Иисус Христос, когда Богочеловек занимает положенное Ему место в сердце каждого супруга, а через церковное благословение брака входит и внутрь этого живого организма — христианской семьи.

Любить друг друга — это не только получать друг от друга радость, а отдавать себя другому без остатка, думать в первую очередь не о себе, а о том, кого любишь.

В последнее время в похоронных бюро предлагается много услуг. Можно даже церковные обряды совершать, в том числе отпевание в морге. А правильно ли это?

Александр

Отвечает благочинный Пушкинского церковного округа протоиерей Иоанн Монаршек: Думаю, что это неправильно, когда в похоронном бюро предлагают много услуг, среди которых еще одной строчкой идет и отпевание. И вот почему. В одном морге мне, как благочинному, пришлось разбираться с тем, что покойного отпевал самозванец, который не имел сана, но одевался в священническое облачение и отпевал, таким образом, зарабатывая деньги. По сути, люди не были отпеты. Этому способствовал директор морга. Ведь часто для них морг — это бизнес. Им не важна душа человека, ее спасение, вечная жизнь. Им нужны деньги. Каждый должен делать свое дело. Похоронное бюро пускай хоронит, а священники — молятся и совершают Таинства и обряды.

Отвечает протоиерей Вячеслав Резников: «Правильно ли» отпевать в морге — вопрос второй. Главная беда в том, что для иных людей дорога в церковь проходит именно только через похоронное бюро, и обозначается в одной строке с рытьем могилы, изготовлением гроба и покупкой белых тапочек. А ведь начинаться эта дорога должна только самим человеком, и, конечно же, при его жизни. И если он посещал храм, исповедался и причащался, если в храме его знали и за него молились, и если он сам изъявил волю, чтобы в последний путь его проводили в родном храме, — то вопроса, подобного Вашему, и не возникнет. Его родные, его братья и сестры во Христе, наконец, его духовник, — позаботятся сделать все, как должно. И даже если из-за каких-то непредвиденных обстоятельств это будет невозможно, то — где бы ни состоялось отпевание: в морге ли, на кладбище ли, — не суть важно. А вот наткнуться в похоронном бюро на шарлатана в рясе очень возможно.

Скажите, пожалуйста, имеет ли для души значение, если проводят вскрытие?

Анна

Отвечает протоиерей Вячеслав Резников: Для свободной человеческой души «имеет значение» только то, что находится в ее власти. Так, во власти человека — выбрать путь Божий, и покинуть эту жизнь в покаянии, в мире с Богом и с ближними. Во власти человека — прожить земную жизнь так, — чтобы тебя вспоминали добрым словом, и молились о твоем упокоении. А распоряжаться телом, которое твоя душа покинула, — не в твоей власти, и поэтому Господь не спросит за это. Скольких христиан тела были изрублены, сожжены, утоплены в нечистотах или брошены на растерзание зверям. И мы почитаем их как святых, и молимся даже не о них, а — их самих просим, чтобы они молили о нас Бога. А все заботы о теле усопшего ложатся на живых, это уже они должны все сделать достойно: чтобы человек умер дома, на своей постели, на любящих руках, чтобы он не валялся в больничных холодильниках, перекидываемый чужими равнодушными руками. Но — обстоятельства и гражданские законы бывают сильнее нас. И если не удается избежать этого, надо со смирением сказать: «да будет воля Божия!» А самой душе от этого, повторю, ни тепло, ни холодно. Душа в это время, как поется в чине погребения, всех забывает сродников и знаемых, и печется о стоянии на будущем судилище. Поможем ей молитвами, особенно чтением Псалтири, — «да простит Господь, яже содела».

Нашел на улице икону святой мученицы Клавдии. Близкие говорят, что это не хорошо и нужно отнести в церковь, другие говорят, что очень хорошо и надо оставить ее себе — это знак свыше. Как поступить, что сделать?

Дмитрий

Отвечает протоиерей Иоанн Монаршек: Вы нашли икону, а это для православного христианина — святыня. Найти святыню — это очень хорошо, благодатно и полезно. Святая мученица Клавдия будет за Вас молиться, если Вы благоговейно будете относиться к ее образу. Бог послал Вам счастье найти эту икону и проверяет Вашу веру, Ваше отношение к святыне. Нет ничего необычного в том, что бывают такие «находки». Вспомним, как была найдена Казанская икона Божией Матери и сколько она принесла радости тем, кто ее нашел, и всем верующим людям. Также была найдена Толгская икона и много других. Таких примеров очень много. На месте обретения впоследствии строились храмы, монастыри, и посредством такого чуда, нахождением иконы, тысячи людей становились верующими, спасались. Может быть, Господь послал Вам эту икону с благословением, чтобы Вы прочитали житие мученицы Клавдии, стали молиться ей и подражать в своей жизни. Поступите именно так, и это поможет Вам спастись.

Возможно ли такое, чтобы священник работал бы еще и в коммерческой структуре, например, оценщиком недвижимости? И можно ли верить ему?

Сергей

Отвечает протоиерей Вячеслав Резников: Может ли священник еще где-то работать, — в разные времена и в разных местах решалось по-разному. После революции, когда на большое количество православного народа осталось очень мало храмов, у священников не стало ни времени, ни необходимости для дополнительного приработка. Но до революции, например, священнику в сельской местности обязательно выделялась пахотная земля, и он в значительной мере питался с этой земли. Священники, после революции оказавшиеся за рубежом, и окормлявшие небольшие группы эмигрантов, тоже, как правило, должны были работать, а в воскресные дни — возглавлять Богослужение. В наше время, когда открывается много храмов, приходы часто оказываются очень небольшими, и не имеют возможности полностью освободить священника для выполнения исключительно его приходских обязанностей. В том, что священник еще где-то по необходимости работает, нет ничего зазорного, а если он это делает, чтобы снять с прихода лишнюю заботу о себе, — это даже достойно особого уважения. В конце концов, и сам апостол Павел, чтобы не быть в иных случаях никому в тягость, занимался ремеслом — деланием палаток (Деян. 18:2—3). Но церковными законами запрещалось епископам, священникам и диаконам добывать пропитание «занятием бесчестным или презрительным». Запрещалось брать на откуп управление имениями, содержать корчмы. Запрещалось также связывать себя поступлением в государственную службу, как военную, так и гражданскую. Впрочем, в конечном итоге, все всегда определялось и определяется благословением епископа. Ну, а доверять или нет работающему священнику, — зависит, конечно же, не от того, что он делает, а от того, как он это делает.

Во многих супермаркетах продают мясо со знаком «халяль». Могут ли православные употреблять такое мясо в пищу?

Татьяна

Отвечает клирик Покровского храма поселка Черкизово священник Алексий Михаленя: Этот знак означает, что мясо приготовлено из скота, убитого в строгом соответствии с мусульманскими правилами. А правила эти, как и еврейская кошерная пища, идут от ветхозаветной заповеди не есть крови (Лев. 7). Древние, да и современные язычники во время жертвоприношения имели обычай пить кровь жертвы. Чтобы оградить свой народ от этого варварского обычая, Господь дал заповедь выливать кровь любого закалаемого животного на землю. Не доверяя современным скотобойням, мусульмане в некоторых местах контролируют этот процесс, о чем и ставится знак «халяль». Выглядит это просто: живую овцу или корову подвешивают за задние ноги и перерезают горло, а потом ждут пока вся кровь стечет. Так что вопрос — финансировать их интерес, покупая товар, или нет, — решайте сами. А нам апостол Павел уже посоветовал все, что продается на торгу, вкушать без всякого исследования, для спокойствия совести (1 Кор. 10:25). Только вкушая пищу, каждый раз не забывайте помолиться — поблагодарить Господа и попросить Его благословения. Вне зависимости от рода и происхождения пищи.