О Пресвятой, Пречистой и Преблагословенной

(Мф. 14, 46 - 15, 3)
(Рим. 15, 17-29)

Однажды, когда Господь «говорил к народу, Матерь и братья Его стояли вне дома, желая говорить с Ним. И некто сказал Ему: Вот Матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с Тобою. Он же сказал в ответ говорившему: кто Матерь Моя? и кто братья Мои? И, указав рукою на учеников Своих, сказал: вот матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь». Враги почитания Божией Матери обычно ссылаются на этот текст, доказывая, что в Марии не было ничего особенного, и что Иисус даже и не почитал Ее как Мать.

Но во-первых, Господь говорил эти слова людям, от которых еще было сокрыто то, что сейчас открыто нам. Мы уже знаем о Благовещении, знаем, что Она не просто по плоти родила Господа Иисуса, как другие матери рождают детей, не ведая, что из них получится. Мы не можем сомневаться, что Она была самой лучшей из всех людей, да и не только людей. Мы чтим Ее как «Честнейшую Херувим и Славнейшую без сравнения Серафим». Мы отдаем себе отчет, что если бы Она не была такой, то Бог не мог бы прийти на землю. А чтобы быть такой, Она должна была с самого детства совершеннейшим образом «исполнять волю Отца» Небесного. Она прекрасно знала, Кого родила, и поэтому тщательно «сохраняла все слова» и Им, и о Нем сказанные, «слагая» их «в сердце Своем» (Лк. 2, 19). И мы чтим Ее не просто потому, что Ей «посчастливилось» родить такого Сына. Мы чтим Ее, во-первых, как Пресвятую, Пречистую, Преблагословенную, а уже вследствие этого — как Богородицу. Рождение Бога стало печатью Ее величайшей праведности.

Но люди тогда еще не знали этого. Они и чудесам Иисуса удивлялись: вот и Матерь Его среди нас, — откуда же это у Него? Для людей Она была просто матерью по плоти. А Господь пришел установить высшее духовное родство. Он пришел усыновить людей Небесному Отцу и восстановить первозданную полноту отношений. Ведь иное — отношение к матери, иное — к брату, иное — к сестре. А у Адама, кроме Евы, и у Евы, кроме Адама, не было никого. Они были всем друг для друга. Так и Христос, «указав рукою Своею» на тех, кто собрался вокруг Него, обещал, что, «кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь». И поэтому не мог Он вдруг оставить тех, кто все оставил ради Него, и пойти к Своей Матери по плоти, Которая вдруг захотела с Ним поговорить. Чего бы стоило Его учение?

Но почему же Она поступила столь, казалось бы, эгоистично, почему Она вдруг при всех решила заявить особые права на Своего Сына? Пытаясь объяснять тот или иной поступок Божией Матери, мы должны всегда исходить из того, что Она — Пречистая и Преблагословенная. Вспомним, как Иоанн Креститель, всю жизнь посвятивший Христу, ради пользы учеников притворился сомневающимся и послал их как бы от себя спросить: «Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого»? Он хотел, чтобы ученики сами услышали, увидели и уверовали, и он не боялся умаления своей славы.

Несомненно, что Мария поступила подобным образом. Несомненно, что Ей не надо было ничего, кроме славы Ее Божественного Сына. Несомненно, что Своей просьбой Она хотела еще раз дать повод всем услышать о том, что самое главное в жизни, что объединяет людей и усыновляет их Небесному Отцу. Несомненно, слыша ответ Спасителя, Она радовалась и Своему внешнему уничижению, и Его верности Себе, и тому, что ученики, видя такой пример, еще тверже укрепятся на избранном пути.

© 2001—2017 Московская Епархия Русской Православной Церкви
119435, Москва, Новодевичий проезд, 1/1
(499) 246-08-81 (обращаем внимание на необходимость набора кода 499 перед номером)