О благоприятном моменте и о сгущении времени

(Лк. 19, 45-48)
(2 Тим. 3, 16 - 4, 4)

Апостол Павел писал к Тимофею: «Итак, заклинаю тебя перед Богом и Господом нашим Иисусом Христом, Который будет судить живых и мертвых в явление Его и Царствие Его: проповедуй слово, настой во время и не во время, обличай, запрещай, увещевай со всяким долготерпением и назиданием. Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут выбирать себе учителей, которые льстили бы слуху; и от истины отвратят слух и обратятся к басням».

Последнее особенно поражает. Прочитав, каждый скажет: это же — наше время! Ищем чего-то необычного — с востока ли, с запада ли. Ищем «старца», чтобы все про нас и за нас сказал, и сам бы все за нас сделал. А если не понравится, — идем к другому, который польстил бы слуху, и сказал бы по сердцу.

Характерна для нашего времени и любовь к «басням», то есть к увлекательному вымыслу. В конце «басни», конечно, всегда — «бичуется порок». Но пока дойдешь до наказания порока, сколько налюбуешься его высокохудожественным описанием! Для воспитанного на «баснях» — воздух истины невыносим. Как на шуточной картинке: приехали в лес, а человек жадно приник к выхлопной трубе автомобиля, чтобы отдышаться, вдохнуть родного отравленного воздуха.

А чистый воздух истины, это — Священное Писание. «Все Писание Богодухновенно». Оно «полезно для назидания», открывает, что есть истина. Оно полезно «для обличения», потому что показывает, что все сказанное об истине относится непосредственно к тебе, и обличает, что ты далек от истины. Оно полезно и «для исправления», помогает привести себя в соответствие с истиной. И — «для наставления в праведности», чтобы помочь сохраниться в новой, Богоугодной жизни.

Но почему Апостол предостерегает о опасностях именно будущего времени, как будто его время идеально, и все люди обращены к истине, презирают басни, и не по своим прихотям ищут учителей? Думается, что если бы мы оказались в его времени, нас поразил бы беспросветный мрак язычества, и непреодолимое упорство иудейского мира. А очутись Апостол в наше время, он поразился бы благоприятности его для христианской проповеди. Для истинного проповедника всегда и «время благоприятное», и «день спасения». «Ныне» — для него единственное, самое благословенное Богом время.

Послание это было отправлено из темницы. Апостол знал, что уже не выйдет на свободу. Поэтому время для него как бы сгустилось. Как и Сам Господь, входя в Иерусалим, чувствует, что и для него время сжалось, началась страстная седмица. И поэтому он уже не только увещевает, но и сурово обличает, и даже берет в руки бич. Так и Павел невольно старается передать это ощущение и Тимофею: побудить его скорее сделать все, что возможно, и даже более того. Он даже заклинает Богом: «проповедуй слово, настой во время и не во время, обличай, запрещай, увещевай со всяким долготерпением и назиданием».

Нам тоже должно бы передаться ощущение Павла, что время сжалось, сгустилось, и надо успеть все возможное и невозможное. Хотя вроде бы мы и не в темнице, и страстные дни вроде бы еще не наступили. Но — надо успеть, потому что завтра непременно наступит уже совсем другое, совсем неблагоприятное время.

© 2001—2017 Московская Епархия Русской Православной Церкви
119435, Москва, Новодевичий проезд, 1/1
(499) 246-08-81 (обращаем внимание на необходимость набора кода 499 перед номером)