О социальном служении

(Лк. 17, 26-37)
(1 Тим. 5, 11-21)

Господь заповедал заботиться о нуждающихся, среди которых особую категорию составляли вдовы. И церковь с самого начала считала своим долгом поддерживать таковых. Книга Деяний рассказывает, как, едва послышались нарекания, что христианами это делается недостаточно усердно, Апостолы сразу избрали семерых мужей. Казалось бы, несложное дело «пещись о столах» (Деян. 6, 2), но Апостолы избрали людей «изведанных, исполненных Святого Духа и мудрости» (Деян. 6, 3). Потому что и тут все не просто.

Апостол Павел, например, не советует брать на обеспечение церкви молодых вдов. Очевидно, женщина при этом давала обет навсегда оставаться в чине вдовства. А всякий шаг назад всегда — «в противность Христу». И, кроме того, женщины, имеющие достаток и не имеющие забот, «приучаются ходить по домам и бывают не только праздны, но и болтливы, любопытны, и говорят чего не должно». Поэтому Апостол считает, что лучше, чтобы молодые вдовы «вступали в брак, рождали детей, управляли домом и не подавали противнику никакого повода для злоречия».

Но и пожилых вдов, которые уже не помышляют о браке, Апостол советует принимать с большим разбором. «Вдовица должна быть избираема не менее, как шестидесятилетняя, бывшая женою одного мужа, известная по добрым делам, если она воспитала детей, принимала странников, умывала ноги святым, помогала бедствующим, и была усердна ко всякому доброму делу» (1 Тим. 5, 9—10). Она должна была своей жизнью заслужить любовь и безбедную старость. А также — если у нее нет взрослых детей и внуков, которые могли бы ее содержать.

А в современной церковно-общественной жизни мы иногда видим, как молодые, чистые сердцем люди, желающие послужить Богу и ближнему, вывешивают объявление о своем намерении. По этому объявлению начинают обращаться люди, самые разные, и чаще — неверующие. И вот, молодой человек начинает ухаживать за таким стариком. Разумеется, совершенно бесплатно. Хотя порой и есть чем заплатить; хотя порой есть и дети, и внуки. Но старик со всеми порвал, потому что всю жизнь любил только себя. Как последняя надежда, дана ему немощная старость, чтобы хоть тут разжал руку, попросил бы у родных помощи и прощения. А усердный христианин лишает его и этой возможности. Сам же часто оказывается на положении раба, которым помыкают, капризничают, и в результате — ни пользы, ни радости.

Поэтому жить надо так, чтобы в старости вокруг тебя были люди: и детей рожать, а не убивать их во чреве, и воспитывать по-христиански, и к послушанию приучать с раннего возраста, и с внуками не лениться сидеть, тоже стараясь воспитать их людьми. Ну а если не смог заслужить ответной любви, то роптать не на кого: пожинаешь то, что посеял. И надо быть готовым хотя бы платить за помощь, когда будешь в ней нуждаться.

А усердному христианину лучше бы вспомнить, что Господь велел взять именно «свой крест» (Мф. 16, 24). У каждого есть свои старики, свои больные. Но тут — не интересно: тут обыкновенный человеческий долг, а не «христианский подвиг». Да и тоже порой надо преодолеть вражду, гордость, отчужденность. И пока ты ухаживаешь за чужими, они тоже где-то ищут помощи, и к ним тоже, может быть ходит такой же ревностный христианин, оставив своих стариков.

© 2001—2017 Московская Епархия Русской Православной Церкви
119435, Москва, Новодевичий проезд, 1/1
(499) 246-08-81 (обращаем внимание на необходимость набора кода 499 перед номером)