О любви, чуде и знамении

(Лк. 11, 29-33)
(1 Фес. 2,20 - 3,8)

Однажды приступили к Господу Иисусу Христу «фарисеи и саддукеи, и, искушая Его, просили показать знамение с неба» (Мф. 16, 1). Но Господь ответил: «род сей лукав; он ищет знамения; и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка».

Все, что делал Господь, это, во-первых, любовь и милосердие. Во-вторых, это всегда чудо, то есть свободное и независимое распоряжение всем, что в мире. И в-третьих, это еще и «знамение», то есть указание на Его высочайшее достоинство. Господь делает, а в результате получается и одно, и другое, и третье. Он и обличает тех, кто пытается оторвать одно от двух других. Любовь без чуда, это не любовь, а бессилие. Чудо без любви — всего лишь фокус. А просто знамение, это всего лишь — самореклама. И в том, что фарисеи в поисках знамения ухитряются не увидеть неотрывной от знамения всемогущей любви, Господь видит их безнадежное пребывание во тьме.

Чтобы рассеять эту тьму, Он приводит два как бы примера. «Как бы» — потому что всякий пример, это, во-первых, чей-то свободный выбор. Во-вторых, это — конкретное событие. А в-третьих, это еще и суд над тем, кто в подобной ситуации поступил не так. «Пример», это — как свеча, поставленная «на подсвечнике, чтобы входящие» не просто услышали о свете, но реально бы «видели свет», и спохватились бы, что их тайное вдруг стало явным.

Потому-то «царица Южная восстанет на суд с людьми рода сего и осудит их». «Ниневитяне восстанут на суд с родом сим и осудят его». И как же не осудит их царица Южная! Она, женщина, оставляет надолго свое царство, и «от пределов земли», за тысячу верст, и не в кресле самолета, а на верблюде, по аравийской пустыне отправляется только затем, чтобы «послушать мудрости Соломона»! А «здесь», совсем рядом, Тот, Кто неизмеримо «больше Соломона».

И как же не осудят их Ниневитяне! Они поверили пророку Ионе, «и объявили пост, и оделись во вретища», «и крепко вопияли к Богу», и «каждый обратился от злого пути своего и от насилия рук своих» (Иона 3,5—8). А «здесь» — Тот, Кто «больше Ионы», терпеливо зовет покаяться.

А что касается собственно «знамения», если так хотите его видеть, то — пожалуйста: «Как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи». Ибо самое великое, что совершил Господь, это — Его жертвенная тридневная смерть, и воскресение. В этом, во-первых, высшее откровение Его любви; во-вторых, совершенная победа над косностью вещества, то есть, над смертью. И кто увидит в этом всего лишь «знамение», тот сам себя осудит последним, страшным судом.

© 2001—2017 Московская Епархия Русской Православной Церкви
119435, Москва, Новодевичий проезд, 1/1
(499) 246-08-81 (обращаем внимание на необходимость набора кода 499 перед номером)