О том, что легче сказать

(Лк. 5, 17-26)
(1 Кор. 15, 58-16, 32)

Однажды некоторые люди положили перед Господом Иисусом расслабленного, и Господь, «видя веру их, сказал человеку тому: прощаются тебе грехи твои. Книжники и фарисеи начали рассуждать, говоря: кто это, который богохульствует? кто может прощать грехи, кроме одного Бога? Иисус, уразумев помышления их, сказал в ответ: что вы помышляете в сердцах ваших? Что легче сказать: «прощаются тебе грехи твои», или сказать: «встань и ходи»?

А правда, что легче сказать?.. Кто может похвалиться, что хоть раз в жизни услышал «встань и ходи», и тут же увидел свершение этих слов? Слова же «прощаю и разрешаю тя от всех грехов твоих» церковный человек слышит довольно часто. И самому священнику не так уж трудно их произносить. Ведь он отпускает грехи, совершенные кем-то против кого-то, но — с такой ли легкостью простит он даже единственный грех лично против себя? Пусть все так. Но — попробуй сам произнести то, что произносит он… Церковный человек с ужасом отшатнется от такого предложения, понимая, что никто, даже самый чистый и святой, не сможет этого сделать, если не дано будет Самим Богом в таинстве священства. И фарисеи были формально правы, когда, искренне или притворно, ужаснулись: «кто может прощать грехи, кроме одного Бога»? Потому что все грехи, соделанные и против ближнего, и даже против самого себя, во-первых — против Бога, который все сотворил и всему дал закон и порядок.

Но Самому-то Богу легко ли произнести эти слова? Ведь Бог не только — любовь и милость, но и — справедливость. А справедливость состоит в том, чтобы за все было заплачено. И только кровью Единого Безгрешного можно было выкупить растленный грехом мир. Господь и пришел на землю, и воплотился именно «для того, чтобы взять грехи наши» (1 Ин. 3, 5), и Он «умер за грехи наши» (1 Кор. 15, 3), а перед тем, как взойти на Крест, Он молился в Гефсиманском саду, и «был пот Его, как капли крови, падающие на землю» (Лк. 22, 44). Только Он в совершенстве знает, что такое жизнь, что такое смерть, что такое грех, и что такое — прощение грехов. И все прощения, которые возвещались до и после Креста, все это — отголоски того единого предсмертного прощения, с Креста прозвучавшего: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23, 34). Так легко ли было это сказать, если вслед за этим «возопил Иисус громким голосом: …Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил» (Мф. 27, 46)?

Прощение грехов возвращает вечную жизнь, примиряет и соединяет с Небесным Отцом. И расслабленный получил это. Но так как это произошло до Креста, — надо было как-то наглядно показать и силу, и действенность Божественного слова. Поэтому Господь чуть позже сказал расслабленному: «встань, возьми постель твою и иди в дом твой»…

Но как должно быть после Креста? — А после Креста это «прощаю и разрешаю» должно звучать с такой потрясающей силой, которая затмила бы все, что слышал до или услышишь после, даже самое «встань и ходи». И свидетельством, что действительно услышал это «прощаю и разрешаю» — будет то, что и не захочешь услышать «встань и ходи», и уже с радостью понесешь крест болезни, чтобы справедливо заслуженными страданиями хоть как-то сострадать невинным, животворящим и спасающим страданиям Христовым.

© 2001—2017 Московская Епархия Русской Православной Церкви
119435, Москва, Новодевичий проезд, 1/1
(499) 246-08-81 (обращаем внимание на необходимость набора кода 499 перед номером)