О радостном утре

(Лк. 4, 32-36)
(1 Кор. 15, 39-45)

В пятнадцатой главе первого послания к Коринфянам Апостол Павел обличает тех, которые хотя и считали себя христианами, но не верили в грядущее воскресение всех умерших. И сначала он пишет о воскресении Самого Господа Иисуса. Ведь факт, что «Христос умер за грехи наши», «что Он погребен был, и что воскрес в третий день», — подтверждается многими свидетелями. Воскресший Христос Сам «явился Кифе, потом двенадцати; потом явился более нежели пятистам братий в одно время, из которых большая часть доныне в живых» (1 Кор. 15, 3—6). А грядущее всеобщее воскресение, это как раз то, ради чего Христос и умер, и воскрес. И если этого не будет, «то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша. Притом мы оказались бы лжесвидетелями о Боге, потому что свидетельствовали бы о Боге, что Он воскресил Христа, Которого Он не воскрешал, если, то есть, мертвые не воскресают» (1 Кор. 15, 13—15).

Апостол говорит и о логичности, и о нравственной необходимости воскресения. А потом обращается и к самым пытливым, которые дерзновенно интересуются подробностями, мол, а как именно все это произойдет? Таковым Апостол говорит: «Безрассудный»!.. И как же не безрассудный, когда думаешь, что все способен понять, вместить, представить себе?! Ты допытываешься о том, какою будет воскресшая плоть, — но разве ты уже разобрался с той обычной плотью, в которой существуешь и ты, и то, что вокруг тебя? «Безрассудный! то, что ты сеешь, не оживет, если не умрет; и когда ты сеешь, то сеешь не тело будущее, а голое зерно, какое случится, пшеничное или другое какое; но Бог дает ему тело, как хочет, и каждому семени свое тело».

Мы сеем именно «голое» зерно. Мы сеем из года в год и знаем, что вырастет из посеянного. Но если бы любое зерно попало в наши руки впервые, то никто из людей не мог бы не то что предсказать, что именно из него вырастет, но и вообще не мог бы сказать, что это такое. Потому что тело этому зерну, способность расти и плодоносить дает именно Сам Бог, дает, «как хочет, и каждому семени свое тело» (1 Кор. 15, 38). Так и в растительном мире, и в животном, и в человеческом. Ибо «не всякая плоть такая же плоть; но иная плоть у человеков, иная плоть у скотов, иная у рыб, иная у птиц». Бог может дать тело и совсем без зерна. Так, есть «тела небесные». И — «иная слава небесных, иная земных; иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разнится в славе».

Тайна нынешней плоти ничуть не меньше, чем тайна будущей. Но одно их объединяет: и в том, и в другом случае «сеется в тлении, восстает в нетлении; сеется в уничижении, восстает в славе; сеется в немощи, восстает в силе». Мы знаем, что тления, немощи и уничижения не избежать никому. Но мы верим, что силою Воскресшего Христа это — единственный путь к нетлению, славе и силе. «И как мы носили образ перстного, будем носить и образ небесного».

А пока перед нами лишь могилы. Но когда мы посещаем их, особенно, как в последнее время вошло в обычай, — на Пасху, — то даже неверующие испытывают какую-то торжественность и праздничность. Мы идем как на только что засеянное поле. Все сокрыто в земле — в тлении, в уничижении, в немощи, и все кажется мертвым. Но в воздухе все сильнее чувствуется весна. И в душе оживают слова, которые так часто писали на могильных плитах, и в которых заключена совершенная правда, глубокая вера, и глубокая нежность: «Покойся, милый прах, до радостного утра!»

© 2001—2017 Московская Епархия Русской Православной Церкви
119435, Москва, Новодевичий проезд, 1/1
(499) 246-08-81 (обращаем внимание на необходимость набора кода 499 перед номером)